|
косолапистой» походкой по огромному залу, и мне становится горько.
Хочу добавить, что во время начавшегося шабаша, когда шаменитые советские писатели бились в истерике, кляня своих многолетних  друзей, «оказавшихся безродными космополитами», Алексей Попов на ближайшем же собрании труппы ЦТСА счел возможным сказать, что и Бояджиев, и Ворщаговский приносили театру пользу и у него нет к ним никаких претензий. На том страшном витке истории нашего общества это было актом мужества.
Пришла весна. В перерыве между репетицией и спектаклем, сидя в твоей гримуборной, мы, Люка, мечтали об отпуске. Правда, ты намеревалась на отдыхе готовиться к новым ролям, которые тебе поручили, а я размяк от радужной перспективы беспечного безделья. Но не тут-то было. Голос юнца вопросил:
Колосов здесь? -Да.
Алексей Дмитриевич вызывает.
Результаты вызова были ошеломляющими. Во-первых, Л. Д. сообщил, что вместо покинувшего ГИТИС Б. Е. Захарова он возглавит наш курс вместе с педагогами по мастерству М. О. Кнебель и А. 3. Окунчиковым. От этой радости меня просто качнуло. Но была еще новость, не менее важная.
— Сергей, — сказал Попов, — я удовлетворен твоей работой в качестве практиканта на «Степи широкой» и предла-Гаю тебе на мою следующую постановку пойти ассистентом. 1а дело следует приняться немедленно. Вот пьеса. — Он протянул мне маленького формата желтую книжечку. Я посмотрел на название и ахнул — «РЕВИЗОР»!
|
