|
В том, что фильм вызовет большой зрительский интерес, я не сомневался. Очевидно было и то, что он расширит знания о жизни русских людей в Советской России и за ее рубежами в период 1921 — 1928 годов.
 А вот в том, будет ли фильм нравственно чист, сомнения у меня были.Размышляя, колеблясь, споря с самим собой, провел я несколько дней и ночей. Напряженных, нервных, беспокойных. Просил не звать меня к телефону, не трогать. Но это продолжалось три дня. На четвертый день ты входишь несколько растерянная и говоришь:
— Тебя очень просит взять трубку человек, который работал в ГПУ с 21-го по 37-й год с этим... с Арбузовым...
— Артузовым. Ну, хорошо. Я подойду.
Много лет прошло с того дня, но то, что сказал тогда чекист, помню почти дословно.
— Здравствуйте, товарищ Колосов, с вами говорит Гудзь Борис Игнатьевич. Служил в органах госбезопасности с 21-го по 37-й год. Все годы под руководством Артура Хрис-тиановича Артузова. Я в данный момент представляю группу старейших чекистов, которые услышали о том, что вы, Сергей Николаевич, собираетесь ставить фильм по книге Никулина и сценарию Юровского. Мы хотели бы, имея многолетний опыт соответствующей работы, помочь вам осуществить этот замысел и избежать неточностей, которые имеют место в этих произведениях. Мы написали все в письме вам, но оно получилось очень большим. Может быть, найдете возможность встретиться со мной, так как товарищи меня уполномочили... Але! Вы меня слышите?
|
