|
Сначала зал затих, так как успех фильма и исполнительницы главной роли был к тому моменту уже неоспоримым. Потом поднялся шум, формулировка Столярова задела аудиторию. Услышав шум, из фойе повалили злостные курильщики и те, кто не проявил интереса к выступлению Столярова.  Председательствующий призвал зал к порядку. Столяров скомкал свои филиппики, ограничился призывом к борьбе с серостью (!) и сошел с трибуны.
Мои «болельщики» — Донатов, Ширяев, Тихомиров, Юровский и другие — стали слать мне записки, которые с подчеркнутым комическим сочувствием передавал сидевший передо мной Никита Владимирович Богословский. В записках содержалось одно: Сергей, не спорьте со Столяровым!
Я принял решение прислушаться к советам, но очень волновался и поэтому плохо слушал выступления, которых очень ждал: Чингиза Айтматова, Григория Михайловича Козинцева, Анджея Вайды, Анатолия Дмитриевича Головни. Наконец объявили венгерского режиссера. Тут я взял себя в руки и, отключившись от всего, проговорил про себя свое выступление.
Я не провалился.
В фойе меня нашел и поздравил Пырьев.
В решении съезда три раза упомянуто слово «телевидение». Это уже скачок!
Меня выбрали в состав ревизионной комиссии Союза (вместе с Б. Волчеком, Б.Добродеевым, А. Гребневым, Э. Ло-тяну, В. Тихоновым, А. Медведевым и другими видными кинематографистами).
|
