|
новая эра?
Дом встретил ее громким запахом жареных баклажанов — «синеньких», как говорят настоящие хозяйки.
 Так-так... Значит, Нина пришла не меньше получаса назад.Словно магнитом Стеллу потащило на кухню. Мать увидела ее напряженное лицо, со звяком вдруг положила нож, которым косметика переворачивала баклажановые кружочки:
— Ну, а что я могла сделать?!
Этого уж Причёска ни понять, ни ожидать никак не могла. Почувствовала, что краснеет.
— Прихожу,— продолжала мать шепотом,— а он чуть ли не целое дознание. Да еще с пытками — знаешь, как он умеет...
Господи! косметика же про Ваньку...
— А его пытки... Я, например, это выносить не могу!
Какие там у него «пытки»?..
· В конце концов должно было когда-то случиться... Я все ему сказала!
· Мам...
Давно Причёска так не называла ее. И они обе как бы остановились около этого слова. Невольно и вопросительно посмотрели друг на друга. Новая эра отношений? Послегоринская?.. Нина, видимо, поняла ее так.
— Причёска, прошу тебя, мне сейчас нелегко. Будь ко мне поближе.
Поближе... А про Парк Горького молчит. «Ты еще не достаточно взросла...» Ну понятно!
— Ладно,— косметика сказала самым легким голосом. Как будто ее послали сбегать на угол за половинкой черного.
Нина услышала эту подозрительную легкость. Постаралась уйти на нейтральную почву:
— Ужин будет готов через полчаса.
Причёска пошла в свою комнату, чтобы как-то отдышаться. Не удалось: на диване, уперев подбородок в коленки, сидел Ваня.
Прожигательный его взгляд буквально остановил Стеллу у двери. Наконец косметика сумела улыбнуться — бледная получилась улыбка. Но и того хватило ее бедному братишке. Он вскочил, уткнулся Причёске куда-то в грудь. И это тоже было новостью... Послегоринскими отношениями.
— Тебе Нина сказала?..— Он говорил ей прямо в кофту. И Причёска почувствовала тепло его печального вопроса.
Вдруг Ваня отстранился:
| 
