|
На фанерном сарайчике, выкрашенном бежевой краской для полов, было написано: «Шашлычная». Причёска никогда в таких заведениях не бывала.
 — Смелее! — сказал он.— Увидишь, это будет отличное место.
— Они сели за столик.— Слушай своего отца и запоминай. Чтобы поесть прилично, надо идти в хороший ресторан, ну, там... не знаю... в «Прагу». Но это от скуки одуреешь: на обед полдня. А во всех средних местах кормят плохо. И тогда я, припертый обстоятельствами к стене, сделал открытие: там, где должны кормить хуже всего... а это где? На вокзалах, в парках разных, на ярмарке... В таких местах подают как раз прилично. Я уж стреляный воробей! Когда сюда приезжаешь...
Говорил он легко и не похоже было, чтоб перед встречей со Стеллой особенно волновался. «Слушай своего отца...» Отца? «Когда сюда приезжаешь...» А ты часто здесь? Чего же раньше не поинтересовался дочкой? Ладно, этот вопросик прибережем на будущее.
И удивилась: на будущее? Выходит, я с ним встречаюсь не первый последний раз? Выходит, я с ним еще собираюсь встречаться?
Официантка принесла им тарелку яблок. И это было тоже как-то странно.
— Давай для начала,— сказал он и тут же взял яблоко.
Пока Причёска раздумывала, какое тут глядит на нее, Игорь Леонидович уже съел свое до половины. Он быстро прицеливался взглядом и кусал. И так уничтожил румяное и сочное яблоко буквально за минуту. Это было и неприятно и как-то забавно одновременно.
Без всякой передышки он взял новое яблоко — опять не выбирая, просто первое, самое близкое. И сразу откусил. Поймал Стеллин взгляд:
— У нас в Якутии что хочешь, но яблок не найдешь! Им принесли два шашлыка, кувшин пива, бутылку
сока. Теперь он ел без всякой жадности и пиво пил так же.
Бывают взрослые, которые любят выпить, и это заметно. Он просто отхлебывал, как Причёска отхлебывала свой виноградный сок, а не присасывался к пивной кружке, как иной раз увидишь... Вдруг заметил, что Причёска следит. И сказал:
— Слушай, а может, ты пивка хочешь?
Второй раз за эти дни ей предлагали пиво. И признаться, сейчас ей именно хотелось. Попробовать. Кто-то, возможно, и не поверит, но Причёска, дожив до двенадцати с половиной лет, ни разу не пробовала пива или вина. Впрочем, косметика вовсе не была здесь рекордсменкой. Ванька рассказывал ей о великом английском нападающем Стенли Метьюзе. Так тот не знал вкуса пива и сигарет до пятидесяти!
| 
