|
На самом деле ее джинсы, купленные после многих просьб, обещаний подтянуть хромающие предметы, тайных и явных слез, эти кровью заработанные английские штаны аккуратнейшим образом висели в шкафу — Причёска их берегла. Хотя их следовало именно таскать: Причёска катастрофически вырастала. Но косметика жалела столь трудно доставшуюся (и дорогую!) вещь. Это было сильнее ее.
 — Выходит, что же? Как все, так и ты? — Он усмехнулся.Неприкрытый провокационный вопрос!
Хотя все именно поступают, как все, признаваться в этом нельзя — считается неприлично. Надо с возмущением восклицать: «Почему я как все? Я как я!» Но Причёска назло ему ответила:
— Конечно!
— Ну и правильно! — Он кивнул и опять усмехнулся: — Не люблю, которые свистят...— увидел, что косметика не поняла, и пояснил: — Врут.
электричество
К моменту этого довольно странного разговора они уже расстались с такси и шли среди людской круговерти, которая всегда бывает на ярмарке в Лужниках.
Ярмарка — это огромное огороженное место, где стоит разом штук сто фанерных магазинчиков — филиалы разных там ГУМов, ЦУМов, всех уважающих себя универмагов и так далее. В общем, полное раздолье для «гостей столицы». Да и среди москвичей хватает любителей поглазеть на витрины.
Ярмарка плюс разговор про джинсы.
Действительно, что вдруг они забыли на ярмарке? Может, Причёске намереваются что-то купить? От одной мысли этой косметика приходила в гнев и ужас.
Но ничего подобного не произошло. Он опять удивил ее. Спросил:
— Ты есть хочешь? — посмотрел на Стеллу и сам себе ответил: — Хочешь... Ты же волновалась как-никак. Значит, после школы не ела...— И пока косметика соображала, надо возмущаться или нет: — Я сам голодный, как тигр-людоед... По той же причине!
| 
